Рейтинг@Mail.ru
Адрес редакции:
624090 Россия, Верхняя Пышма, Орджоникидзе, 24, вход с ул. Ленина (Успенский проспект)
График работы редакции:
пн-пт: 10:00 - 18:00
сб-вс: выходные дни

Контакты:
8 (343-68) 5-05-05,
8 (343-68) 5-30-10 50505@bk.ru govp@mail.ru

Подписаться на газету
«Час Пик»

ФИО

Телефон

E-mail

Комментарий


 
В ближайшее время мы свяжемся с вами.
Я – верхнепышминец! Продолжение разговора с настоящим полковником11/11/2012

В преддверии Дня милиции мне посчастливилось вновь встретиться и поговорить с удивительным и весьма информированным человеком - Ефимом Матвеевичем Штейнваргом. Человеком, руками которого творилась история прошлого века. История страны и нашего родного города – Верхней Пышмы.

Рассказ об очередной встрече с Ефимом Матвеевичем начну с заключительной темы нашего с ним разговора. Мой собеседник под занавес вспомнил случай, произошедший с ним уже после увольнения в запас.

В тот день полковник Штейнварг получил приглашение от начальника ГУВД области и прибыл к хорошо известному ему зданию в центре Екатеринбурга. Зная, что припарковаться около управления сложно, Ефим Матвеевич решил воспользоваться площадкой, расположенной на некотором расстоянии от входа в здание. Не успел он установить свой автомобиль на временную стоянку, как к нему подошел милиционер в звании старшины и стал тактично, но настойчиво объяснять бывшему начальнику уголовного розыска, что стоянка в этом месте категорически запрещена.

На добросовестного служаку не подействовало то, что Ефим Матвеевич приглашен лично начальником управления. Не возымела действие и попытка ветерана указать на единственное помещение с балконом в здании, где когда-то располагался кабинет полковника Штейнварга. Ситуацию случайным образом разрешило мимолетное упоминание в разговоре города Верхняя Пышма. При словах о том, что перед старшиной находится бывший начальник верхнепышминской милиции, подействовали на него словно мантра на йога. Мужчина моментально перестроился и разрешил Ефиму Матвеевичу оставить автомобиль именно в том месте, где минутами раньше категорически запрещал.

Эту историю Ефим Матвеевич рассказал с единственной целью. Он хотел подчеркнуть, что значимость малой родины для любого человека является незыблемой ценностью. Рассказана эта история была в продолжение рассуждений моего собеседника о том, с чего же начинается патриотизм. По его убеждению привить человеку подобное качество без понимания им роли отеческого гнезда просто невозможно. Не помогут тут никакие увещевания и посулы. Это ценность, данная человеку от рождения и впитанная им с молоком матери. Нельзя стать патриотом страны без этой самой любви.

Наш разговор о патриотизме не возник спонтанно. Он произошел в развитие рассуждений Ефима Матвеевича о причинах некоторых негативных явлений в современной полиции и сравнения работы правоохранительной системы 60-70 годов с современным состоянием в структуре МВД. Вообще какой-то всеобъемлющей критики от полковника Штейнварга мне слышать не приходилось. И во время нашей прошлой встречи, и сейчас он ссылался на то, что милиция, а теперь полиция, не комплектуется какими-то особенными людьми. Она, что называется, является плотью от плоти общества, соответствующего по времени действительности. Люди туда приходят не с Марса. Они такие же, как все другие окружающие нас сограждане. И если в обществе имеются какие-то изъяны, то они непременно проявятся и в полиции.

Подобная ситуация может усугубляться спецификой службы в различных подразделениях правоохранительной системы. Невысокая зарплата и не всегда приветствуемые окружающими функции (дежурство в подвале, где расположены камеры предварительного задержания, конвоирование подозреваемых в суд) требуют от полицейского не только традиционных навыков, но и целого набора специальных качеств. А где найти таких людей?

Множество подобных задач приходилось и приходится решать любому начальнику полиции. Имея на такие проблемы свой взгляд, основанный на собственном опыте, Ефим Матвеевич призывает не судить строго современных руководителей. Возможно из солидарности, но он пытается встать на защиту нынешних командиров, ссылаясь на гораздо большее количество совершаемых преступлений и на все те же кадровые проблемы.

Вспоминая времена своей службы начальником милиции, полковник Штейнварг говорит о том, что в его время о многих вещах даже не приходилось задумываться. Дисциплина в милиции была жесткая. Вопросы о коррупции даже не возникали. Эта тема даже не существовала в каком-то значимом масштабе. Ефим Матвеевич, переходя на сегодняшнее время, с болью говорит о том, что это явление приобрело опасные для общества масштабы. Его возмущает сама попытка подменить слово «взятка» на малопонятное для значительной части граждан слово «коррупция». Любые попытки взять или дать взятку карались в его время самым жестоким образом, вплоть до высшей меры.

Не существовало тогда и проблемы наркомании. Не столь явно стоял вопрос пьянства. Пьяниц, конечно, и тогда хватало, но само это явление не носило такого массового характера. Люди в милиции служили менее образованные, но это компенсировалось добросовестным отношением к своему нелегкому труду, заряженностью на решение общих задач, пониманием своей роли. Ефим Матвеевич не пытался идеализировать свое время и часто напоминал, что и тогда было много недостатков, но сравнение все же, невольно для него, происходило не в пользу сегодняшней полиции. Что вполне объяснимо.

Полковник Штейнварг вспоминал в нашем разговоре о том, что в шестидесятые-семидесятые годы на милицию возлагались и несвойственные ей функции. Под его ответственностью находилась пожарная и санитарная безопасность. За любую несанкционированную свалку он получал нарекание от власти. Именно поэтому каждый участковый следил, чтобы на подконтрольной ему территории не происходило ничего незаконного. Участковые знали в лицо всех людей, отбывших срок наказания. Они проводили профилактическую работу с потенциальными нарушителями порядка, с людьми, которые много пили и могли поднять руку на жену.

И все же милиционер тех лет находил в обществе больше уважения, ему доверяли, на него рассчитывали в трудную минуту. С пониманием к непростой службе милиционеров относились и власти. Особенно Ефим Матвеевич отмечает власть Верхней Пышмы. По решению руководителей города в каждом новом доме выделялась квартира для милиции. В один год таких квартир местные милиционеры получили сразу тридцать. Решение квартирного вопроса для человека с зарплатой вполовину меньше любого работника завода или рудника было своего рода компенсацией за тяжелый и не всегда приятный труд.

К числу положительных моментов Ефим Матвеевич отнес с и ту атмосферу, в которой проходила работа по борьбе с правонарушениями. Еженедельно в его кабинете собирались секретарь горкома партии, председатель суда и прокурор. Они обсуждали многие вопросы, которые требовали своего решения для обеспечения безопасности жизни граждан в Верхней Пышме. Здесь вырабатывались общие программы действий по всему спектру правоохранительной работы. Впрочем, полковник Штейнварг говорит о том, что подобный опыт сотрудничества был все же уникальным даже для Свердловской области.

Возвращаясь к сегодняшнему дню, Ефим Матвеевич с болью рассказал мне о том, какой стыд за нашу полицию он испытал в один из дней, когда возвращался домой из поездки в Германию к родственникам. В немецком аэропорту пассажиров проверяли местные полицейские. Они были одеты в неброскую, но вполне элегантную форму. Их действия были корректны и в то же время своим видом они давали понять, что выполнят свои обязанности в полном объеме.

Сразу же после приземления в Шереметьево при выходе из самолета Ефиму Матвеевичу и всем другим пассажирам, среди которых большинство составляли немцы, предстала следующая картина. По взлетному полю проследовали два стража порядка. Кроме того, что они значительно отличались по росту, они еще и одеты были так, словно только что поменялись бушлатами. Рукава у того, кто был небольшого роста, скрывали не только кисти рук, но и имели свое продолжение еще на десятки сантиметров. У того, который был выше, к губе прилип окурок, и создавалось впечатление, что он этого не замечает.

Ефим Матвеевич сгоряча заявил мне, что за подобный внешний вид подчиненных он бы посадил их начальника. При всем желании полковника Штейнварга войти в положение его сегодняшних коллег, в подобной ситуации он бы предпринял самые крутые меры. Это был единственный эпизод нашего разговора, когда мой собеседник продемонстрировал свою непримиримость к подобным проявлениям. Все другие эпизоды сопровождались явной попыткой оправдать своих коллег из сегодняшней полиции. Мне даже казалось временами, что Ефим Матвеевич слишком великодушен к тем проблемам, о которых сам же и рассказывал.

Его возраст, его заслуги, его жизненный опыт дают ему право быть великодушным. Это и одна из его привилегий, и просто черта характера. Подобные проявления, демонстрируемые на фоне заявлений о том, что мы все равно неминуемо придем к наведению порядка в стране, звучащие из уст мудрого и достойного человека, внушают доверие. Вообще можно радоваться, что судьба дарит встречи с необычными людьми. Людьми, любящими свою родину, любящими своих близких, любящими мой родной город.

Ефим Матвеевич Штейнварг отдал Верхней Пышме полтора десятка лет честного и квалифицированного труда. Этот труд можно оценить эквивалентом появления в нашем городе нового здания милиции, а можно принять во внимание традиции, которые закладывались при его непосредственном участии. Вернуть прошлое невозможно, но вспомнить опыт ветеранов, попытаться переложить лучшее из него на организацию работы современной полиции вполне возможно. Надо только захотеть сделать это, и результат не заставит себя ждать. Возможно, тогда коэффициент доверия к человеку в форме вернется на прежний уровень.

Последние новости
Авторизируйтесь на сайте чтобы ответить.
Опрос
Последние комментарии
Комментировать