Следователей интересовало моё сотрудничество с Ройзманом. Блиц-интервью Вениамина Помазкина.

Солдат из Верхней Пышмы, проходящий действительную службу в Сибири, поделился с нашим корреспондентом взглядами на настоящее и будущее. Поводом для разговора стал допрос следователей, о котором сообщили СМИ

- Кто к тебе приезжал?

- Приезжали два следователя следственного комитета по УрФО.

- Когда?

- 26 сентября.

- По какому поводу?

- Их интересовало моё сотрудничество с Ройзманом в 2012-2013 годах. Речь шла, в основном, о блогах — в своё время Ройзман написал серию текстов, рассказывающих о преступлениях людей, имеющих отношение к правоохранительным органам. Я эти тексты помню только в общих чертах, мне эта история не представлялась ни интересной, ни важной. Ройзман и следователи почему-то считают иначе.

- Сколько длился допрос?

- Недолго, часа два-три. За это время, помимо официальной части, мы успели обсудить много вещей, происходящих вокруг Фонда и Ройзмана. Я больше слушал — было интересно, как эта история выглядит с той стороны баррикад. Несмотря на то, что эти люди непосредственно не занимаются остальными делами Фонда, они знают о них достаточно.

- Можно ли назвать это допросом?

- Да, можно. Я являюсь свидетелем по данному делу.

- Не повлиял ли он на твой боевой дух?

- Честно говоря, я изначально не знал, на какую тему со мной хотят пообщаться, и это настораживало. Было странно — что я могу такого знать, что сюда едет целая следственная группа из Екатеринбурга? Но потом оказалось, что все нормально и ко мне претензий никто не имеет.

- Как отнеслись в части к этому событию?

- Для всех визит следователей стал неожиданностью, о нем мы узнали меньше чем за сутки, в ходе полевого выезда. Пришлось срочно ехать в казарму, отмываться, стираться и готовиться.

- Что сказали сослуживцы?

- Им было интересно, что происходит и почему вдруг ко мне едут аж из Екатеринбурга и почему этот допрос анонсируют крупнейшие СМИ.

- Командиры?

- Они боялись, что следователи имеют ко мне претензии. Оказалось, что все нормально и все успокоились.

- Что сам думаешь по поводу того, ради чего реально произошла данная поездка следователей в Сибирь?

- Когда мы с Ройзманом писали эти тексты, я не понимал, почему эта история так важна. Не понимаю и сейчас. Вдвойне не понимаю, почему ко мне приехали, а не попросили местных коллег допросить по готовому списку вопросов.

- Неужели нельзя было переговорить с тобой по телефону или по скайпу?

- Законодательством такая форма допроса не допускается, насколько я знаю.

- Когда домой?

- 17 декабря, в день РВСН. Двойной праздник.

- Намерен ли оставаться на ПМЖ в Верхней Пышме?

- У меня есть предложение о работе в другом городе, но решение пока не принято.

- Поменялись ли взгляды на жизнь, на власть, на общество?

- Нет.

- Не растерял ли запал готовности к активной политической деятельности?

- Запал не растерял. За год появилось много хороших идей. А вот на некоторых людей взглянул со стороны и многое понял.

- Какие вообще планы?

- Пока что — дослужить. Потом — ничего не делать как минимум пару недель. А после Нового года посмотрим.